На главную страницу                  В начало этой страницы
Бирюк
ПУТЕШЕСТВИЕ В
КРАЙ БЕЛЫХ ГУСЕЙ.
Чтоб не было следов повсюду подмели
Ругайте же меня, позорьте и трезвоньте
Мой финиш - горизонт, а лента - край земли
Я должен первым быть на горизонте.
В.С. Высоцкий.

День первый - 4 июля.

Условия пари одобрили не все
и руки разбивали неохотно
Условие таково - чтоб ехать по шоссе
и только по шоссе бесповоротно.
В.С. Высоцкий..

Жуковский - Москва - Рязань.

Ранее утро выдалось вёдренным. Рюкзак уже давно ждал этого дня и поэтому мне даже не пришлось его открывать. Поэтому, присев перед дорогой на пять минут и помолившись святому Николе, я закрыл квартиру и вышел из дома.

Мне предстояло пройти автостопом до Казахстана и вернуться обратно, по моим подсчетам преодолев расстояние в четыре с небольшим тысячи километров. Маршрут был такой: Москва - Рязань - Пенза - Тольятти - Уфа - Троицк - Кустанай - Рудный и обратно.

Чтобы попасть в Рязань, надо выйти на Рязанское шоссе, которое проходит параллельно городу Жуковскому (где я, собственно, живу) в трех километрах южнее, если по прямой. Но по прямой идти неудобно, поэтому лучше на автобусе. Через Жуковский проходит автобус маршрута N 28, который идет из Раменского на пос. Константиново, проезжая по Рязанке около 5 километров. Этим я и решил воспользоваться. Это было мне на руку, так как надо было платить за проезд. Сейчас объясню почему. У меня есть традиция - каждое путешествие я начинаю и заканчиваю платно. Кто-то скажет, что это не научно и не спортивно, но традиций нельзя нарушать и к тому же этой оплатой я вношу жертву духу дороги, чтобы путь был легче.

Дойдя до остановки, я дождался автобус и через полчаса вышел на Рязанке чуть дальше остановки ⌠Новые дома■. Пройдя еще шагов двести-триста, я наконец остановился и стал стопить. Здесь, на 38-м километре Самарской трассы, начался мой путь в страну белых гусей.

 

Тоскливо пропустил машин шестьдесят, водители которых либо любовались пейзажами слева, либо опускали глаза, пытаясь найти педаль тормоза, но, не найдя таковой, разводили руками, дескать, извини, забыл как останавливаться.

Я опустил руку, дав ей немного отдохнуть и именно в этот момент останавливается шестерка, за рулем которой молодой парень в очках и в шортах с улыбкой спросил:

- Тебе куда?

- Здравствуйте, можно с вами до Коломенской окружной?

- Садись, вдвоём веселее доедем, - ответил он, убирая с переднего сидения свой пакет.

Я сел в машину и водитель нажал на газ. Пристегиваясь ремнем безопасности, я спросил:

- А вы вообще куда?

- До Рязани.

- А может я с вами до Рязани составлю компанию?

Парень ничего не ответил, а только обречено кивнул.

Далее я сказал ему, что еду в Казахстан автостопом. Он выразил заинтересованность в автостопе и мне пришлось вплоть до Луховиц рассказывать ему что такое автостоп и зачем он нужен.

- Все равно не могу понять какой в этом смысл, - продолжал водила, когда мы проехали через Коломну и вырвались на Луховицы,- не проще ли сесть на поезд и доехать до места?

- А зачем люди прыгают с парашютом, лезут на Эверест, опускаются на морское дно? К тому же на первых хоккеистов, гоняющих пустую консервную банку палками, тоже смотрели, как на идиотов, а сейчас хоккей - это уже наука.

Водила помолчал опять, что растянулось минут на двадцать.

Мы уже проехали Луховицы и тут водитель опять заговорил. Он разразился бурной лекцией на тему бессмертных учений Гурджиева, Блавацкой, Рериха и прочих столпов эзотерической теологии, закончив ее сакраментальной фразой:

- Все зло человечества накапливается в атмосфере и выливается в форме Чернобыля и кислотных дождей. Что же тут удивляться, если мы скоро отправимся вслед за Атлантидой?

Видимо, найдя во мне оплот человечества, он призвал к экологии души и на этой ноте высадил меня возле заправки на въезде в Рязань.

Если бы он повез меня до Пензы, - думал я, идя по объездной мимо заправки, - ему бы хватило времени рассказать, о чем поведал Господь Кришна принцу Арджуне на поле битвы при Курукшетре.

Наматываю мили на кардан
и еду параллельно проводам
Но то и дело тень перед мотором
То черный кот, то кто-то в чем-то черном.

Рязань.
По майскому опыту я знал, что это место довольно висячее. Поэтому я решил передвигаться по окружной мелкими перебежками. Встав метров в восьмидесяти от заправки, опять поднял руку с оттопыренным большим пальцем. Мимо пронеслось машин двадцать. Проехал шикарный автобус-иномарка с огромными лобовыми стеклами. На передней площадке толпились какие-то туристы, которые, увидев мою западную манеру голосовать, замахали руками, засмеялись, показывая большие пальцы, мол здорово, давай-давай.

Спасибо, что не показали средний палец, - подумал я, и продолжал ждать.

Еще минут через десять остановился грязный грузовик, который взял меня до Михайловского поста ГАИ.

Михайловский пост был знаком мне с мая, где я завис на два с половиной часа, так и ничего не поймав, и отправился в город на станцию Рязань-2, чтобы переночевать. Но это была уже ночь, а сейчас было около двенадцати дня, поэтому я стал стопить дальше, надеясь за полсуток доехать хотя бы до Пензы.

Тут я заметил как из Рязани ко мне выруливает шестерка.

- Здравствуйте, можно с вами до Пензы?

-У-у-у, далековато, я еду на Оку в сторону Касимова, но до Кириц могу, а там влево ухожу.

 Я знаю мне не раз в колеса палки ткнут
Догадываюсь в чем и как меня обманут
Я знаю где мой бег с ухмылкой пресекут
И где через дорогу трос натянут

Рязань - Пенза.

В машине он рассказал, что вчера проводил сына в армию, что служил в ПВО и что сам он из Москвы.

Когда он сказал ⌠Кирицы■, я снова вспомнил май, так как в мае я тоже стопил в Кирицах, но водила высадил меня немного дальше, где по его мнению, я бы мог быстрее уехать. Я вышел из машины и осмотрелся. Стояло несколько автомашин, владельцы которых трапезничали. Недалеко парковался автомобилевоз со свердловскими номерами, рядом с которым ходил секьюрити с автоматом Калашникова наперевес.

Я снова стал голосовать, Остановился КАМАЗ-битумовоз, в кабине которого была непролазная грязь. Я кое-как уместился и мы тронулись. Водитель сообщил, что едет в Сасово, но до Шацка может меня довезти.

По дороге мы остановились в деревне Екатериновка, где водила пополнил запасы воды, и тронулись дальше. Я искоса поглядывал на него, замечая, что он усиленно моргает, как будто хочет спать. Ну, думаю, ща как заснет, так сразу в кювет и въедем. Но все обошлось и тут водитель, до этого молчавший, сказал:

- Сейчас въедем в Шацк и я тебя высажу. Тебе дальше направо, на Пензу, а я налево на Сасово.

- Я ничего не ответил, так как изучал стопник, где вместо Шацка значилась Казачья Слобода, а Шацк был помечен маленькими буквами, как будто какая-то деревня.

Я кивнул в ответ и опять стал рассматривать пейзажи за окном.

При въезде в Шацк мое внимание привлекла пара голосующих на обочине. Мы промчались мимо и на развилке Тамбов - Самара, примерно 336 км. М-5, я покинул битумовоз. То ли я сильно расслабился в машине, то ли бес попутал, но я пошел вправо.

Прошел я, наверное, с километр и тут мое внимание привлекли две детали. Во-первых, куда-то девалась дорожная разметка, а во-вторых, исчезли километровые столбики. Я остановился и достал стопник, внимательно его изучив. Дорога на Самару шла через речку Шачу, на которой стоит город. Я никакую реку не проходил. Значит, мне надо возвращаться. А в сторону Тамбова никакой Пензой и не пахло, ибо дорога шла на Моршанск. Обидно, что потратил время и силы на лишний километр. Чтобы скрасить досаду, я попил воды из колонки, ибо вдоль дороги тянулись деревянные деревенские дома.

Потом я опять вернулся к посту ГАИ и, пройдя еще шагов десять, встал возле моста через Шачу.

Через пять минут подъехали каких-то два типа на пятёре:

- Куда ехать-то, - спросил тот, что был за рулем.

- На Пензу.

- А что на Моршан-то пошел?

- Водила дезинформировал.

Пятёра уехала, а еще через пять минут застопил Москвича.

- Куда ехать?

- Можно с вами до Пензы?

- У-у-у, тебе это дорого обойдется.

- Да я вообще-то автостопом.

- Не, брат, лови другого, - ответил тот и отвалил.

Я опять завис минут на двадцать. И тут я подумал, а не перекусить ли мне. Как раз напротив места, где я стоял, расположилось дорожное кафе Гарун, которое привечало продвинутых путников шашлычным ароматом. Я так и не понял имело ли отношение это кафе к Гаруну-аль-Рашиду, но по лицам содержателей роудхауза я понял, что они были больше знакомы с Шотой Руставели, чем с Шехерезадой. Подойдя к кафе, я стал изучать ассортимент блюд и, зело увлекшись, даже не понял что говорит мне один из черных:

-О, слущай, автостоп, давай Фанта покупай. - Я посмотрел на говорившего и обратил внимание, что на меня смотрят еще человек шесть.

Я молча улыбнулся и, подойдя к окошку, заказал себе Тархун. Потом сел на скамейку и, блаженно вытянув уставшие ноги, стал потягивать напиток.

Напротив меня за столиком сидел здоровый мужик, который расправлялся с шашлыком и, как оказалось, в этой компании черных не в первый раз.

- Так ты что, автостопом едешь?

- Ага.

- И долго?

- Сегодня в девять из Москвы вышел.

- И уже триста кэмэ отмахал?

- Это не так много, - устало ответил я.

- И сколько заплатил?

-Четыре тысячи, когда на Рязанку выбирался. У меня традиция
такая: первый и последний этап я прохожу цивильно, то есть за плату. Этим я как бы вношу дань духу дороги.

- А дальше?

Вокруг нас уже начала собираться толпа черных, которые не были заняты делом.

- Если я задерживаюсь на одном месте больше суток, то я опять плачу за проезд.

- Интересно, а что у вас за школа автостопа такая?

Пришлось опять объяснять что это такое и с чем его едят.

- А вообще куда едем?

- Я иду на Казахстан, но по дороге заеду на Грушинский фестиваль по Тольятти, где мы с друзьями забили стрелку.

- Такими же как ты?

- Ну да.

- Ерунда, сегодня будешь в Тольятти к ночи.

Я скептически посмотрел на часы. К ночи в Тольятти? Уже четыре часа дня, а я еще до Пензы не доехал. Читая мои мысли, мужик продолжал, собирая мякишем кетчуп по тарелке:

- Часам к девяти доедешь до Пензы, а там рукой подать.

- А вы из Самары? - спросил я уже догадавшись, что девятка возле

кафе принадлежала этому мужику.

- Нет, из Тольятти, вон машина стоит.

Я посмотрел на номер. Все правильно - ⌠63■.

-А до Тольятти не довезете?

-А что я буду отказываться, если знаю, что ты меня все равно

уговоришь? Ладно, до Пензы доброшу. Я до Тольятти сегодня не доеду. После Пензы я доезжаю до Городища и ухожу направо, на Саратов.

- Идет, мне бы сегодня хотя бы до Пензы добраться.

- А тебе куда в Пензу-то?

- На выезд из города к посту ГАИ. Есть там такой?

- Есть. Ладно, поехали.

Водила закончил с чаем и, рассчитавшись с Гаруном, пошел к машине. Я проследовал за ним в абсолютной уверенности, что за сутки до Пензы я все-таки доехал.

Мчались мы под сто - сто десять, хотя у водителя за машиной еще ехал забитый под завязку прицеп. Мужик ехал напролом, безбожно костеря всех кто вставал у него на пути, мешая обгону. Матерился он страшно, особенно досталось бедной Самаре и несчастным машинам впереди.

- Да что Самара? Они там козлы все. У нас в Тольятти намного лучше и город богаче, и товаров больше, и безработицы нет. У нас ВАЗ, а это тебе не пуп чесать.... Да мы эту Самару,... да пошла она, растудыть твою в качель... мать её налево....а отца направо. Да мы ее в одном месте видали... Куда лезешь, дура, а еще в очках... интеллигент... понакупали машин, а ездить не умеют... уберись вправо, козел бородатый...

Я терпеливо слушал и потом спросил:

- Вас наверное в Самаре сильно зацепили или права отобрали?

- Да причем здесь права. Тебе любой тольяттинец это скажет.

Затем он умолк и мы ехали молча под страдания Ирины Аллегровой.

Миновали Умёт. Интересный населенный пункт. Вдоль дороги растянулись километра на два деревянные сарайчики, приспособленные под кухни. Тут водитель снова заговорил:

- Тут есть одна официантка, которая всех шоферов в купальнике обслуживает. А купальник такой откровенный. Ну просто бикини. Попробуй не остановись. Но сейчас её что-то не видать.

Просвистели Зубову поляну, Нижний Ломов, Беднодемьяновск, а когда подъезжали к Подгорному, он вдруг спросил:

- Ты перепихнуться не хочешь?

- Не понял.

Водитель рассмеялся, - Да ты не бойся. я не гомик. Просто тут в Подгорном есть местечко одно. Даже с трассы сворачивать не надо. Место на всю Пензенскую губернию известно. Тут проститутки останавливают дальнобойщиков и предлагают им свои услуги. Причем, недорого. Обычно - полтинник, в зад - семьдесят, минет - около ста. Хочешь?

- Да нет, спасибо. У меня планы другие, - ответил я. - А у них что там профсоюз?

- Да. У них все конкретно. У них когда процесс идет, их ребята с автоматами охраняют. А ты представь, едет дальнобойщик из какого-нибудь Сургута или Нижневартовска. За рулем неделю. Думаешь, не хочется?

- А как с безопасным сексом?

- А причем здесь СПИД? Они же проститутки, а не лепры. У них все чисто. Они ведь и обследование проходят. Профсоюз !

Тут из-за поворота мы выехали на прямую и въехали в Подгорное. Две или три вечерние жрицы любви замахали руками на нашей стороне, ударяя левой ладонью по правому кулаку со стороны большого и указательного пальца. В это время на обочине встречной полосы уже стояли два рефрижератора, как выразился мой водила, ⌠под погрузкой■, рядом с которым шел торг.

Мы выехали из Подгорного и через полчаса уже въезжали в Пензу. Я проводил взглядом то место, где висел в мае и, промахнув еще сорок километров через привал странников ⌠Золотой петушок■, подъехали к выездному посту ГАИ.

На главную страницу           В начало этой страницы 

Но стрелки я топлю. На этих скоростях
песчинка обретает силу пули
И я сжимаю руль до судорог в кистях
Успеть, пока болты не затянули

Ночь Под Пензой.

- Ну вот... как и обещал. Время?

- Я посмотрел на часы. - Девять-двадцать вечера.

- Здесь можно расстаться. Я бы довез тебя до Городища, но здесь ты

быстрее уедешь.

Я вышел из машины и осмотрелся. Возле поста суетились гаишники, кого-то тормозя, кого-то пропуская. На Пензу надвигалась ночь. Стояла теплая погода и комары пели народные мордовские напевы. Я отломал ветку и стал отмахиваться, блаженно разминая затекшие ноги и спину.

Шел уже третий час стопа. Часы показывали двенадцатый час. Тут подъехала машина и, остановившись шагах в двадцати от меня, высадила каких-то двух фигур. Они тоже стали стопить. Так же безуспешно.

Я подошел к ним и мы разговорились.
Это была та самая пара, которую я видел при въезде в Шацк. Девушка с длинными на прямой пробор (а ля Джоан Баэз) волосами и парень, моложе меня, но выше по росту и в очках, оказались тоже из Москвы. Как выяснилось в процессе разговора, они тоже едут стопом на Грушу и прекрасно знают Антона Кротова, потому что сами из АВП. Мы еще поговорили и разошлись по позициям. В автостопе есть правило - прибывший на позицию занимает очередь в противоположную сторону от направления прибытия на позицию. А там уж кому как повезет. Так они встали шагах в тридцати от меня в сторону Тольятти и мы голосовали раздельно, так как не принадлежали к одному экипажу. Прошло еще полчаса, когда рядом с ними остановился Запорожец и они уехали. Наверное, сработало то, что пара была смешанная.

А я продолжал голосовать, освещаемый фарами встречных машин.

Тут я заметил еще одну фигуру. Она была передо мной, ближе к посту ГАИ. Я подошел. Фигурой оказался парень лет 22-24, который сидел на асфальте, скрестив ноги. Я присел рядом на корточки.

- Привет.

- Здогово, - картавя, ответил он.

- Откуда?

- Из Питега.

- ПЛАСовец ?

- Нет, я одиночка.

- На Грушу?

- Да, четвегтый день еду. Надо успеть к 16:00.

- А почему так конкретно?

- Выступить хочу. А в четыге часа прослушивание.

- Как тебя звать?

- Дима.

- А меня называй Бирюком.

- Из Москвы?

- Да, сегодня в девять выехал. Вот, за двенадцать часов до Пензы доехал.

- А я первого дня из Питега стагтовал. Не ел ничего.

Я полез в рюкзак и достал пару бутербродов и два яйца.- На, подкрепись. В нашем деле без еды нельзя. Давно висишь?

- Только пгиехал.

Мы еще постояли и я опять пошел на свою позицию.

Когда часы показали полвторого ночи, Дмитрий подошел ко мне и сказал:

- Я иду спать. Все равно уже ничего не поймаешь.

- Я бы тоже пошел, но палатки нет.

- У меня есть. Пойдем. Утго вечега мудгенее.

Мы сошли с трассы и, перейдя дорогу, вошли в перелесок. Над ухом жужжали комары и мы, отбиваясь от них, кое-как установили палатку, разделись, расстелили спальники и приготовились погрузиться в объятия Морфея.

- Дим, а ты в Питере где живешь?

- Возле Александго - Невской лавгы.

- А у тебя вписаться можно?

- Конечно. - Он дал мне свой адрес, показал по стопнику, (где у меня был план-схема Санкт-Петербурга), где он живет и мы еще немного поболтали о том, что такое автостоп и на фига он вообще нужен, пока старик Морфей не принял нас в свои объятия.

Так закончился первый день хайка моего второго июльского роминга.

 

Наматываю мили на кардан
И еду вертикально проводам
Завинчивают гайки побыстрее
Не то натянут трос как раз где шея.

День второй - 5 июля.

Пенза - Тольятти - Груша.

 И плавится асфальт, протекторы кипят
под ложечкой сосет от близости развязки
Я голой грудью рву натянутый канат -
Я жив... снимите черные повязки

Утро следующего дня было таким же светлым и многообещающим, как и предыдущий день.
Мы с Димой быстро встали и, свернув наш маленький лагерь, опять вышли на трассу, встав в тридцати шагах друг от друга.
Уже через пятнадцать минут Дмитрий застопил какого-то пензюка и уехал. Я тоскливо посмотрел ему вслед и мысленно пожелал счастливого пути. Зависти не было. Ведь ему еще надо было успеть на прослушивание.
Мимо меня промелькнула Жигули и я успел заметить желтую майку на переднем сидении. Машина проехала еще метров тридцать и остановилась.
Я внимательно следил за ней. Уже хотел было побежать и
напроситься, но тут дверь открылась и из салона вышел ... Алексей Мороз, один из наших, в такой же майке, как у меня, с рюкзаком и с отличным выспавшимся лицом. Мы обнялись, как братья, и разговорились. Оказалось, что Лёха тоже только что проснулся, ибо ночевал на въезде в Пензу и сейчас рубил через окружную. Из Москвы он выехал вчера в 14:00 и только сейчас нагнал меня. Мы поболтали еще немного и разошлись по позициям. Лёха - стопщик продвинутый и сам занял позицию согласно правилам.
Буквально через пять минут стопа из Пензы на выезд вырулил УАЗ санитарного варианта, который остановился возле меня, так как я стоял ближе.
- Здравствуйте, - сказал я, открыв дверь салона. - Можно с вами до Тольятти?
- Можно, прыгай, - ответила мне молодая женщина моего возраста.
Машина оказалась забита молодыми людьми в спортивных костюмах - туристы на пикник выехали... И тут левым боковым зрением я увидел кучу рюкзаков, набросанных у задней двустворчатой двери УАЗа, а правым боковым - Лёху, который наблюдает за мной.
- Скажите, а вы не на Грушу едите?
- На Грушу, - услышал я в ответ и понял, что второй день хайка уже закончился, даже не успев толком начаться.
- А вы еще одного не возьмете?
- Возьмем. Мы всех с рюкзаками сейчас подбирать будем, - ответила она.
- Лёха, давай сюда, тут люди тоже на Грушу едут.
Мороз радостно подбежал к машине и вот мы уже едем не до какого-то там Тольятти, а до самой Грушинской поляны. Везет только дуракам и пьяницам. И еще автостопщикам.
Подъезжая к Николаевке, шофер свернул налево. Спустившись с крутого кювета, мы остановились возле мелкой и узкой речки, чтобы позавтракать. Нашими новыми попутчиками оказались ребята из пензенского турклуба. Они не были автостопщиками, а принадлежали
скорее к туристам-походникам. Мы познакомились и, пока на костре
варился нехитрый суп из китайской лапши, мы с Лёхой обменивались вчерашним опытом.
Когда мы позавтракали, Лёха пошел погулять по округе один, отказавшись от завтрака, но потом, когда уже все поели, а в кастрюле оставался суп, он все-таки доел остатки. Не пропадать же добру.
Вскоре мы опять собрались, сфотографировались и тронулись дальше.
В пути сделали еще пару остановок и вскоре, миновав Сызрань, уже подъезжали к Жигулевску. Горы Жигули действительно впечатляют. Такое впечатление, что ты где-то в Крыму.
Миновали плотину и, оставив слева Тольятти, выехали на прямую трассу до Грушинского фестиваля.
Наши попутчики проявили здоровый интерес к автостопу. Мы рассказали при хич-хайкинг и про нашу школу все что знали. Лёха поделился впечатлениями о своих зарубежных ромингах и напоследок мы посоветовали пензюкам найти на Грушинской поляне наш лагерь и непосредственно Валеру Шанина или Антона Кротова.
Приехав на поляну, мы нашли лагерь и сразу же поставили палатку. Наверное, Лёха чувствовал свою признательность мне за то, что я взял его в УАЗ, поэтому у меня, беспалаточника, не было вопроса о крыше, так как Лёха сразу вписал меня к себе.
Что можно рассказать о Грушинском фестивале? Кто был на нем, тот знает что это такое, кто не был - в двух словах не расскажешь. Этому надо посвятить отдельный очерк. На Груше я встретился с Валентиной Луценко из пос. Приютово (Башкортостан), с которой мы вместе в мае рубили на Нижний Тагил. Видели Александра Любимова, бардов Олега Митяева, Леонида Сергеева, Григория Гладкова, Ивасей и многих других. Встретил я там и парня, который голосовал с девушкой в Пензе. Оказалось, что на Запорожце они доехали только до Городища и там и заночевали. А вот Диму я так и не встретил.
Между тем, я ни на минуту не забывал о том, что мне ехать дальше. Поэтому я выискивал из многочисленных лагерей тех, кто после Груши разъезжался в восточном направлении. Особое внимание привлекли ребята из Челябинска, но когда попытался вписаться, то узнал от ответственного по команде, что мне это обойдется в 100 тысяч. Хотя у меня были такие деньги, в мои планы это не входило и я решил стартовать один. Сам.
Старт я решил сделать в понедельник, 7 июля. Вечером 6 июля, когда фестиваль уже закрылся, но на поляне был большой гала-концерт, я еще походил по лагерю и лег спать. Подъем в семь утра. Надо выспаться. И в путь, на восток.
 

Кто вынудил меня на жесткое пари
нечистоплотный в спорах и расчетах
Азарт меня пьянит, но что ни говори
я торможу на скользких поворотах

День третий - 7 июля.

Наматываю мили на кардан
назло канатам, тросам, проводам...
Вы только проигравших урезоньте,
когда я появлюсь на горизонте

Груша - Уфа.

 Мой финиш горизонт по прежнему далек
Я ленту не порвал, но я покончил с тросом
Канат не пересек мой шейный позвонок,
но из кустов стреляют по колесам.

На следующий день, восстав ото сна, я собрал вещи и, взвалив рюкзак, направился на Гору, откуда можно было бы добраться до железнодорожной платформы 135 километр. Это совсем рядом. Попрощавшись со своими, которые уезжали в Москву, я взял старт. Электричка подошла сразу же и я, купив билет за 4.000 рублей доехал до платформы 168 километра. .

Как мне объяснили в ⌠собаке■, трасса Тольятти - Самара проходит совсем рядом от железной дороги. Я вышел на эту трассу и пешком (около километра) дошел до того места, где находится развилка Тольятти - Самара - Уфа. Я стал лицом к потоку машин и поднял руку.

Остановился рефрижератор, но ему надо было поворачивать через десять километров. Он тронулся дальше, обдав меня на прощание клубом солярки. Тут я заметил, как впереди, метрах в восьмидесяти от меня, остановилась пятёрка и кого-то высаживает. Те, что вышли, направились на участок, уходящий к Тольятти. Я бегом настиг Жигули и спросил:

- Здравствуйте, можно с вами на Уфу?

Водитель согласился и мы двинулись по участку Самара - Уфа.

- Я еду до Сургута. Тебя оставлю на трассе, а сам ухожу влево, - сказал водитель после некоторой паузы. - А я сейчас тоже туристов подвозил. Видел, наверное, когда садился?

- Да, но это не наши. Это тюлени и чайники. Я их видел на Груше. Мы там свою литературу продавали. Вот они, наверное, купили, почитали и решили попробовать. А вы до Сургута? Не подбросите до Челябинска?

Водитель улыбнулся и ответил: - Нет, парень, я не до того Сургута еду. Сургут это не в Сибири. Это между Суходолом и Сергиевском. Вот я до Сергиевска поеду, а тебя оставлю на повороте на Суходол.

Так, за разговорами. мы отмотали еще несколько километров, пока он меня не высадил на какой-то Богом забытой позиции, где я простопил около часа, пока рядом со мной не остановилась Газель с фургоном. Парень лет тридцати оказался довольно разговорчивым типом, вспомнил кое-что о шоферском братстве, которое сейчас стало притчей во языцех.

- Да, - сетовал он, - вот раньше я еще до армии работал шофером, так была шоферская солидарность, а сейчас каждый уважающий себя шофер под рукой монтировку держит и без неё из машины выходит только к гаишникам.

Мы лихо обгоняли впередиидущие машины, не брезгуя даже обочиной.

Вдруг у него что-то хрустнуло и он прислушавшись сказал:

- Да, брат, хреново дело. Кажется опять коробка полетела. Давай сделаем так. Я довожу тебя до поворота на Камышлу и ухожу влево. Там место хорошее. Заправка, пост ГАИ, кафешки разные и дальнобойщики останавливаются. Тебе придется прыгать на ходу. Если я остановлюсь, я потом с места не сдвинусь. Идет?

- А с какой скоростью ты меня выбросишь?

- Я сбавлю обороты до 5 км в час.

- Ладно попробуем.

Когда показался поворот, я приготовился к десантированию. Газель ловко сманеврировала в левый ряд и повернула налево. Метров через десять после поворота водила сказал: - Давай... счастливо.

Приготовился , открывая дверь правой рукой, а левой держа рюкзак.

- Все, я пошел, спасибо за услугу.

- Не за что ...

Я выпрыгнул из машины и пошел опять к перекрестку. Место действительно было удачное. Пост ГАИ, заправка, кафе, стояло много машин на профилактическом осмотре. Вокруг ходили водители и проверяли своих коней. Я попытался вписаться к кому-нибудь, выискивая азиатские номера, на все ⌠азиаты■ стояли кабинами к Москве, а на восток брать никто не хотел. Я чувствовал, что зависаю, но продолжал стопить, спрашивая себя доеду ли я сегодня до Уфы...

Я стоял на трассе уже второй час, когда за спиной услышал женский голос. Обернулся. Шагах в десяти от меня стояли две дамы, которые собирались ехать... на такси. Откуда здесь такси? Это же муниципальный транспорт. Я подошел к машине.

- Поедем с нами. Такси идет на Уфу. Можем взять с собой, - пригласили дамы.

Я понимал, что на такси мне не удастся проехать стопом. Договорившись с таксистом на 15 тысяч, я сел в салон. В салоне рядом с таксистом сидел еще какой-то парень, который, как потом оказалось, возвращался домой из армии. Дамам надо было ехать на Набережные Челны, поэтому они выходили в районе деревни Яковлево, чтобы потом двинуть на Бугульму и Альметьевск. После того, как мы сели, водитель оказался весьма разговорчивым старичком лет под семьдесят, который начал полемику на какие-то политические темы, безбожно сравнивая то Ельцина, то Шаймиева (те две дамы оказались матерью и дочерью и были они из Татарстана). Когда дамы вышли, солдатик вдруг очнулся от дремоты и водитель занялся им, зная, что ехать мне дальше. Солдатик никак не мог вспомнить как проехать к его родному поселку Ютаза. Я достал стопник и сверился.

- Если к Ютазе, то надо поворачивать налево, - ответил я. - У меня по атласу так. Солдатик был уверен, что направо, к Бавлы, на что водила резонно заметил, что парень из местных и ему виднее. В конце концов они повернули к Бавлы, высадив меня в полукилометре от развилки. Когда я возвращался к развилке, то услышал шум мотора. Я обернулся и увидел то же такси, которое, видимо, все-таки решило ехать налево. Я тоскливо проводил их взглядом, поняв почему меня не взяли опять. Дело в том, что когда мы только отъехали от места, где я сел, через пару километров водитель попросил всех разрешения заправиться. Возражений не было, поэтому он сразу сказал, типа, деньги вперед. Мы все скинулись и он заправил машину. Конечно, он же не дурак вести меня еще десяток километров, если деньги уже получены. С этими мыслями я прошел эти пятьсот метров и подошел к развилке. На углу стояла коммерческая палатка. Став метрах в десяти от нее, я опять стал стопить. Машин через шестьдесят останавливается раздолбанная Жигули. Двое ребят ехали на Кунгур и никак не могли сориентироваться как выйти на это направление. В салоне я достал стопник и, сверившись, ответил:

- Это вам надо ехать до Октябрьского, потом свернуть на Туймазы и выходить республиканскими дорогами на Нефтекамск, Сарапул и через Удмуртию на север.

Парни меня поблагодарили и подбросили до Октябрьского. Дальше они пошли на Туймазы, а я остался на трассе. Тут я заметил, что на трассе стопят еще трое. Они стояли примерно на одинаковом расстоянии друг от друга. Делать нечего, я стал в очередь, но почему то именно рядом со мной остановилась девятка. Молодой парень лет 25 ехал в Екатеринбург. Я опять понял, что мне опять повезло и на этом третий день можно считать законченным, ибо уже в девяти часам я буду в Уфе.

Мы миновали Октябрьский, Николаевский перекресток, где в мае стопили с Валентиной Луценко, направляясь в Нижний Тагил, проехали Кандры, Буздякский пост ГАИ, где мы с Валентиной ночью застопили тюменский МАЗ, перебросивший нас через Урал, и в 21:00 по местному времени подъезжали к Уфе. Водила объяснил мне, что он на Урале поворачивает на Кропачево и на Челябинск не пойдет. В мои планы не входило ночевать на Урале, хотя в Кропачево можно было бы вписаться на ⌠собаку■ или ПДС и автостопом второго рода доехать к утру до Челябинска. Но я решил ехать чистым стопом, поэтому высадился на Уфимском посту ГАИ. По дороге водила уж очень упрашивал меня дать ему на бензин. Все-таки до Екатеринбурга еще далеко. Но я сказал, что на бак ему дать не смогу, а вот на полбака ... В конце концов, как говорит мудрый Кротов, если водитель просит (а не требует), почему бы его не поблагодарить за услугу. Я дал водителю червонец (согласитесь, что для 177 отмотанных километров это ничтожно мало если учесть, что десять тысяч - это ночной тариф только в пределах какого-нибудь города).

Я вышел из машины и направился в сторону поста, надеясь сразу же уехать. Боже, если бы я знал тогда как я заблуждался.

День четвертый - 8 июля.

Ночь Под Уфой.

 
Меня ведь не рубли на гонку замели
меня просили миг не проворонь ты
Узнай, а есть предел там, на краю земли
и можно ли раздвинуть горизонты

Стрелки часов плавно очерчивали третий час ожидания. За эти три часа я остановил порядка двадцати машин, но все они ехали в город.
Конечно, можно было бы уехать в Уфу и переночевать на вокзале в тепле, сытости и относительном комфорте, но завтра... Завтра снова на трассу, сюда, и неизвестно повезет ли кто-нибудь сюда за бесплатно. (Уже потом, на обратном пути, переночевав на Уфимском железнодорожном вокзале, я убедился в правильности выбранного сейчас варианта, но об этом чуть позже.) Кроме того, Уфа имеет очень запутанную систему объездных и не знаешь что лучше - ехать в город или остаться здесь. Я решил второе - стоять насмерть.
Часы давно перевалили за час ночи, а я все ходил, как дурак, вокруг да около. Зашел в пельменную. Там было мало народу. Я заказал двойную пельменей и стакан чаю. Поев, я достал бортовой журнал и стопник и продолжил писать дневник. Постепенно перед глазами пошли картинки и я почувствовал, что засыпаю. Чтобы отогнать сон, вышел на улицу покурить, но это не помогло. Морфей продолжал действовать. Я пересел за столик у стенки, прислонил голову к стене и смежил глаза. При этом правое полушарие мозга отдыхало, а левая работала в режиме stand by. Через какое-то время левым полушарием услышал, что пельменная закрывается. Я посмотрел на часы. Без четверти четыре. Собрал рюкзак, вышел на улицу и побрел к посту ГАИ.
Плотный туман медленно надвигался от Уфы, мерцающей на горизонте в 17 километрах от меня. Было довольно прохладно и пришлось надеть свитер, а поверх все равно оставил нашу майку. Тут мое внимание привлек КАМАЗ, стоящий на регистрации. Дело в том, что машины, идущие за Урал, обязаны регистрироваться на посту ГАИ с 23.00 до 6.00. Номера у грузовика были челябинские и я подошел к водителю, который возвращался с регистрации.
- Здравствуйте, не возьмете до Челябинска? Я уже шесть часов здесь стою.
- Нет, - ответил шофер, - я сейчас доеду до ближайшего кармана и ложусь спать.
Я пожал плечами и пошел дальше, намереваясь дойти до длинной вереницы машин, водители коих мирно спали в кабинах. Надо было найти какую-нибудь машину через Урал, чтобы зацепить ее и утром застать водителя уже бодрствующим. Я уже прошел шагов пять, когда услышал за спиной:
- Эй, Москва, давай садись. - Это был тот же челябинский водитель. - Только я не знаю на сколько меня хватит. Так что ты давай развлекай меня.
- Нет проблем! - воскликнул я, начиная понимать, что дело начинает сдвигаться с мертвой точки.

Мы сели в кабину и водитель, включив зажигание, тронул с места. Слева осталась Уфа и мы через полчаса уже въезжали в уральские ущелья, которые встретили нас предрассветным туманом, зловещей тьмой и марганцовочным рассветом на востоке.

Уфа - Урал - Челябинск.

Наматываю мили на кардан,
но пулю в скат влепить себе не дам,
но тормоза отказывают... Кода !
Я горизонт промахиваю сходу.

Солнце уже поднялось над горами и было около одиннадцати, когда были исчерпаны все темы разговоров от политики до устройства КАМАЗа. В кабине стояла тишина, нарушаемая только надрывным гулом мотора. Пригревшись в теплой кабине, я клевал носом. Наконец, видимо не выдержав, водитель сказал, сбавляя ход:

- Сейчас здесь будет карман. Я уже не могу. Засыпаю. Ты как хочешь, либо голосуй дальше, либо жди меня. Если останешься, толкни часа через два.

Мы припарковались на маленьком пятачке. Рядом стоял снятый с колес трейлер, где разместилась крошечная столовая на два столика. Поодаль уже начинали разворачиваться торговцы всякой мелочью от аудиокассет до автозапчастей. Я решил, что лучше синица в руке, чем журавль в небе. С этой мыслью, оставив рюкзак в кабине, я выпрыгнул из машины и стал прохаживаться по площадке. Подошел к торговцам, зашел в трейлер и немного походил по уральскому лесу. День разгорался вёдренный. Вообще мне везло с погодой. Так пронеслись два часа и ровно в час дня я разбудил водилу. Он вышел из машины, привел себя в порядок, обошел фуру, попинал скаты, проверил замки на рефрижераторе и, удовлетворившись, пошел к трейлеру завтракать. Наконец, он вернулся. Я в это время сидел в кабине и изучал стопник. Он сел за руль и мы медленно тронулись, продолжая взбираться на Урал.

Через какое-то время водитель сказал:

- Открой своё окно побольше.

Я открыл и он вытащил из пачки несколько сигарет и выкинул их на правую сторону. Я недоуменно посмотрел на него.

- Здесь недалеко находится дурдом, психушка. На трассе можно встретить пациентов, который приветствуют шоферов самыми разными способами. Либо рожи корчат, либо прелести свои показывают. Это если женщины. А самые тихие быстро подносят к губам два пальца, мол, дай закурить. Поэтому у шоферов выработалась традиция в этом месте выбрасывать сигареты для них.

Я тоже достал пачку и откинул на улицу несколько штук. В это время несколько фигур появились на дороге. Они шли безмолвно и были похожи на духов, облаченных в плоть.

- А вот и они, - довольно ответил шофер.

Еще через некоторое время мы миновали Златоуст, самую высокую точку Южного Урала, расположенную примерно на 1735 километре М-5. Отсюда начинался спуск. Еще через двадцать километров подъехали к стеле Европа-Азия примерно на 1755 километре М-5. Здесь мы опять припарковались, сходили по нужде и я прошел до стелы, чтобы посмотреть марку, оставленную в мае на стороне ⌠Азия■. Марки, конечно, не было и я вернулся к машине. Вскоре мы снялись с площадки и двинулись дальше. Еще через час-двадцать, примерно в полтретьего дня по местному времени (а я перевел часы на два часа вперед еще под Уфой) мы подъезжали к челябинской окружной.

Челябинск - Троицк.

Здесь, на 1852 километре Транссибирской магистрали я расстался со своим водилой и по маневровой дороге, уходящей вправо, повернул на Троицк. Когда-то в мае этого года мы с Валей Луценко на тюменской фуре здесь повернули налево и пошли по окружной на Свердловскую дорогу.

Еще несколько километров, и в районе Коркино начнется М-36.

Уйдя как можно дальше от моста окружной, проходящего над М-5, я опять стал стопить. Через пять минут остановился Иж - комби с транзитными иркутскими номерами на лобовом стекле, и водитель посадил меня в машину. За разговорами мы доехали до Еманжелинки и опять трасса. Вскоре поймал КАМАЗ. Водитель, молодой парень моего возраста, согласился подвезти меня до Южно-Уральска. Он выглядел очень усталым. Выбросив в окно окурок, он отпил немного Пепси из полуторалитровой бутылки и протянул мне. - Будешь?

Я принял бутылку, отпил глотков пять и положил на двигатель.

- Курить будешь? - спросил он, протягивая пачку ⌠Северной звезды■ с ментолом. Я взял парочку сигарет и одну зажёг, а другую положил про запас. Мы немного помолчали и я высунулся из кабины, втягивая всей грудью пряный аромат родной степи.

Потом водила опять зажёг сигарету и, выпустив дым из носа, сказал:

- Я тебе не советую ехать через Казахстан автостопом. Времена не те, безработица, народ злой. Прибьют в степи и выбросят. Потом не сыщут.

- Прибить могут и в собственном подъезде, а времена сейчас везде не те.

- Ну, как знаешь. А я вот за сегодня четырнадцатый рейс делаю. Я на стройке работаю. В Южно-Уральске. А песок берем в Кыштыме. Вот я за день туда-сюда и мотаюсь. Жена уже бесится. Говорит, детей только спящими и видишь.

- А что поближе песка нет?

- Да есть, только начальство что-то перемудрило.

- А как еще можно в Кустанай попасть?

- Поездом. Либо можно от Троицка, либо от Южно-Уральска, - ответил он. - Все. Приехали. Дальше я ухожу вправо. Во-о-он наш объект.

Я посмотрел в сторону куда указывал его палец и увидел справа стройку. Парень остановился на мосту и сказал, показывая направо:

- Видишь вон то здание? Это Южно - Уральская - Товарная . Можешь там напроситься в локомотив и до Кустаная. А не хочешь, езжай до Троицка. Оттуда всегда уедешь. Но здесь тебе никто не остановит. Тебе надо пройти километра два до выезда из города. Там стоят гаишники. Направо уходит дорога на Магнитогорск. Пройди на пятьдесят шагов дальше и стопь. Ну, бывай, старик.

Я вышел из машины и почему-то у меня в голове все время крутилась его фраза о том, что по Казахстану лучше не стопить. Что делать? Сесть на поезд? Нет, поеду уж до конца машинами. Осталось совсем ничего. Кроме того, я вспомнил слова сенсея Кротова, который советует никогда не пренебрегать советами местных шоферов, могущими стать источником ценнейшей информации. С этими мысля ми я прошел два километра и стал сразу за поворотом на Магнитогорск. Стоп получался неважный. Никто не брал. Наверное, местное население не достаточно продвинуто в вопросах автостопа. Наконец остановились Жигули. Водитель, щелкавший на ходу семечки, ехал к матери в Троицк и взял меня в машину. Мы разговорились о прелестях автостопа и через час были уже в Троицке. По дороге я все-таки решил поехать до Кустаная цивильно. Для этого я попросил водилу подбросить меня до автовокзала. Если не удастся уехать на автобусе (что было бы дешевле поезда), попробую тогда на ПДСе. Благо, железнодорожный и автовокзалы находятся совсем рядом.

Я расстался с Жигулями на автовокзале и пошел в терминал. На перроне автобусов не было. По расписанию я узнал, что ближайший автобус на Кустанай будет через пятнадцать минут. Кассы работали только по прибытию автобуса и сейчас они были закрыты. Выйдя на улицу к перронам, увидел двух мужиков, сидящих на лавочке.

- Куда едешь, турист, - спросил один из мужиков.

- В Кустанай, - ответил я, сообразив, что это калымщики.

- Поехали.

- Нет. У меня на вас денег не хватит. Кстати, не скажите сколько отсюда до Казахстана?

- Двадцать два километра. Там две таможни. Одна российская, а через несколько километров казахская.

Тут на перрон вырулил львовский автобус и я прочитал на лобовом стекле, что он идет из Челябинска транзитом. Есть ли места? Следом же открылась касса и диспетчер пригласил пассажиров на посадку.

Я опять зашел в терминал и купил билет за 23 тысячи рублей. Мой хайк подходил к концу и эта растрата была моей благодарностью духу дороги.

Вскоре я загрузился в автобус, а спустя еще несколько минут последний выехал из Троицка вдоль по реке Уй и, вырулив на М-36, взял курс на Казахстан.

Троицк - Кустанай.

За окном простиралась степь. Через полчаса автобус подъехал к таможне и остановился. Дверь открылась. Я на всякий случай достал паспорт со вкладышем, но таможенник только встал на передней площадке и , пробежав взглядом вдоль салона, вышел из автобуса. Автобус плавно тронул и... вот она , Родина моя, край белых гусей - Каз-ак-стан..

Ровно в одиннадцать часов ночи по местному времени автобус припарковался на кустанайском автовокзале и выключил двигатель. Я вышел из автобуса и направился к ближайшей остановке к центру города. Через пятнадцать минут я буду у родственников.

Так закончилась первая половина моего роминга. В Кустанае я побуду два дня, а на третий поеду в Рудный.
На главную страницу           В начало этой страницы

ЧАСТЬ ВТОРАЯ.

Дорога, дорога, ты знаешь так много
о жизни моей непростой
Дорога, дорога, осталось немного
Мы скоро вернемся домой.
Любэ

Если я зависну здесь еще на десять дней, я помру от тоски, - думал я, изучая расписание поездов на Уфу в терминале железнодорожной станции Железнорудная города Рудного Кустанайской области республики Казахстан. По моим планам первый этап я собирался проехать цивильно, а так как я по прежнему не решался рубить через Урал автостопом, я решил взять билет до столицы Башкортостана, а уже оттуда начинать стопить до самой Москвы.

Но в билетной кассе мне сказали, что до Уфы билетов не будет аж до 27 июля, а сейчас 14-ое. Мне посоветовали попробовать либо от Кустаная, либо от Челябинска на проходящем. Я так и решил. Сев от станции на автобус N 4, я проехал через весь маршрут и на другом конце города вышел на автовокзале. Войдя в терминал автовокзала, я изучил расписание движения автобусов, узнав, что в день на Челябинск ходят два рейса - в 6:00 и в 11:00. Взял билет на одиннадцатичасовой рейс и, когда жертва духу дороги в размере 400 теньге (примерно 50 тысяч российскими) была принята кассиром, пошел гулять по городу. Завтра старт. Домой, хотя, как поет Макаревич, где мой дом? тут он или там?

 
День первый - 15 июня.

Рудный - Челябинск.

 Пятнадцатое июля, макушка лета, обещало быть жарким и ожидая автобус на вокзале, я разговаривал с дядей, который меня провожал. Когда подали транспорт, я сел в салон и через несколько минут автобус плавно вырулил на Кустанайско-Рудненскую трассу (примерно 45 км.). Через час автобус пришвартовался в Кустанайском автовокзале и, взяв несколько пассажиров, тронулся на Россию.

Через четыре часа мы уже подъезжали к казахско- российской таможне, проехав которую остановились. Несколько пассажиров вышли на улицу размять затекшие члены, я тоже вышел и сделал несколько снимков. Когда мы тронулись в путь, справа мимо нас проехала Золотая сопка и через несколько минут мы уже въезжали в Троицк. Кроме Троицка, автобус делал остановки еще в Южно-Уральске, Еманжелинске и к половине девятого вечера автобус причалил к автовокзалу Челябинска.

Челябинск.

 В Челябинске автовокзал находится в одном здании с железнодорожным и мне показалось, что он сильно смахивает на Пулковский аэропорт в Питере. Вход в вокзал платный. Контрамарка стоит две тысячи. Купив ее можно входить и выходить из вокзала сколь угодно раз.

Напротив вокзала перед гостиницей ⌠Челябинск■ стоит памятник. Никакой таблички не было и я догадался по мощной фигуре мужика, похожего на Ермака Тимофеевича, что это наверное аллегорический памятник Уралу-батюшке наподобие того, что стоит в Архангельске, изображая Север-батюшку.

В терминале автовокзала я опять изучил расписание поездов и понял, что на Уфу можно будет уехать только утром. Предстояла ночь на вокзале. Я подошел к телефону и попробовал позвонить Надежде, девушке, с которой познакомился на Груше, надеясь вписаться к ней на ночь. Но Надежда моих надежд не оправдала и я приготовился к всенощному бдению. Билет до Уфы стоил около 65 тысяч и я купил плацкартное место на верхней боковой на какой-то сибирский экспресс, приходящий в Челябинск в районе девяти часов утра по местному. Послонявшись еще по вокзалу, я нашел укромное местечко и задремал, переключив мозг на режим Stand by.

День второй - 16 июня.

Челябинск - Уфа.

 Утром подъехал поезд и я, загрузившись, без особых проблем был через двенадцать часов в Уфе. Поезд подходил к Уфе вечером и я понял, что предстояла еще одна ночь на вокзале, потому, что ночной автостоп - дело интересное, но надо поберечь силы. Я совсем не знаю Уфу и поэтому черт её знает как на трассу выйти. Может, все-таки утро вечера мудренее. Я так и решил, сейчас перекантуюсь на вокзале, а завтра на трассу.

День третий - 17 июля.

Уфа - Сызрань.

 На следующее утро, взвалив рюкзак на спину, я вышел из вокзала и закурил. Я уже позавтракал и на душе было сыто и комфортно. Площадь уфимского железнодорожного вокзала чем-то напоминает Гагры. Прямо перед тобой огромная гора, подняться на которую можно только высунув язык. Что делать? Выезжать на трассу? Я подошел к какому-то мужику, который крутил на пальце цепочку с автомобильными ключами, и спросил не подвезет ли он меня до поста ГАИ на М-5, на что мужик сказал, что подвезет за полтинник. Меня это никак не устраивало и я понял, что у кого бы я ни спросил, здесь собрались только продвинутые калымщики. И тут я решил: поболтаюсь-ка я по городу. Погода отличная, торопиться некуда. Давно хотелось посмотреть на Салавата Юлаева.

- Это тебе надо ехать на автобусе 101 до остановки Старостолбовая, - посоветовал мне какой- то мужик с башкирским профилем.

- А как отсюда доехать до поста ГАИ на М-5 ?

Мужик прищурил глаз, сосредотачиваясь. Наконец, ответил:

- Тебе отсюда не доехать. Это километров 20. Туда транспорт не ходит.

Я поблагодарил незнакомца и поехал в центр. Через несколько минут я был уже на Старостолбовой, прошел через правительственный квартал, сделав несколько снимков, и вскоре увидел Салавата. Покрутился возле него и пошел опять на остановку. У кондуктора я справился как доехать до выезда из города. Та посоветовала мне доехать до уфимского автовокзала и попытаться уехать оттуда в сторону Затона. Я доехал до автовокзала и тут увидел маршрутное такси, на котором ясно было написано, что оно едет до поста ГАИ. Я зело обрадовался и сел, заплатив водителю 2 тысячи рублей.

Через полчаса такси подъезжало к посту ГАИ, но это оказался не тот пост. Это оказался пост ГАИ на М-7, трассе Уфа-Набережные Челны-Казань. По майскому опыту я знал, что М-7 трасса коварная. На ней много ловушек, а между тем по трассе М-5 проходит весь транспортный поток из Сибири, поэтому машин на М-5 гораздо больше. С этими мыслями в одиннадцать - нуль нуль я стал на окружной дороге, соединяющей М-5 и М-7.

Минут через пять подъехал КАМАЗ.

- Доброе утро. Можно с вами по трассе до магистрали М-5 к посту ГАИ?

- Садись. - Пожилой водитель сообщил, что едет до Чишмы и высадит меня не у поста ГАИ, а чуть дальше.

За разговорами мы проехали Жуково и, повернув на М-5, доехали до поворота на Чишмы. Здесь мы расстались на хорошей позиции, с которой меня снял ПАЗик, который ехал до Мирного. В Мирном я опять вышел на трассу и застопил Жигули.

Водитель лет сорока, согласившийся подбросить меня до Октябрьского, оказался весельчаком. Практически каждую свою фразу он сопровождал хихиканием. Выглядело это примерно так:

- Автостоп говоришь хи-хи... Молодцы хи-хи. Новое движение молодежное хи-хи... и сколько вас?

- Человек сто, - ответил я, начиная догадываться, что это у него наверное тик такой.

- И откуда идешь ?

- Из Казахстана.

- И берут ?

- Ну вы же взяли.

- А сколько заплатил?

- Туда ехал, отдал двадцать пять.

- Ловко, хи-хи-хи...

Мы еще немного помолчали, пока возле Буздякского поста ГАИ он не сманеврировал в левый ряд и повернул влево. - Я решил заехать к родственникам в Буздяк. Через пятнадцать минут поеду в Октябрьский. Тебя оставлю здесь.

- А если поедете, а я зависну здесь, возьмете меня до Октябрьского?

- Обещаю. Счастливо, автостоп, хи-хи-хи ...

Я вышел из Жигулей и пошел опять на трассу. Перейдя магистраль, опять поднял руку и вскоре остановился Москвич-пирожок. Водитель с лицом кавказской национальности смерил меня взглядом и спросил:

- Тэбэ куда?

- Не подбросите до Октябрьского?

- Давай садысь... Я через сэм киломэтров ухожу направо, на Урзайбаш.

Я сел в машину и в процессе езды созерцал природу вокруг, поняв, что водителю не интересно будет слушать про автостоп.

Он высадил меня на повороте на Урзайбаш, а я опять остался на трассе.

Позиция была не вкусная и мне показалось, что я зависну здесь надолго.

Через минут двадцать я увидел как на бешенной скорости, взметая клубы пыли со стороны Урзайбаша несутся огненно оранжевый 412-й. Он повернул в мою сторону и через несколько мгновений стал, как вкопанный, рядом со мной. Из переднего окна высунулась огненно рыжая голова вломину пьяного парня, который заорал, перекрывая грохот автомагнитолы:

- Давай садись, мать твою... куда ехать...

- Да нет, я лучше другую подожду, - отвечал я, явно не собираясь садиться.

- Да ладно. мать твою... Ты тут еще три часа простоишь, тебя никто не возьмет... мать твою . Когда я вторично отказался, парень облил меня девятиэтажным матом, бросив напоследок: - А пошел ты, ублюдок сраный, Стой пока не замерзнешь... Мать твою... - Машина взяла с места в карьер и, обгоняя впередиидущие машины то справа то слева, взметая тучи пыли на правой обочине. Через секунду её уже не было видно и я подумал: вот оно настоящее Кэмэл трофи и вспоминая слова мудрого Кротова о том, что решение садиться в машину принимает только голосующий.

Я снова стал стопить и через какое-то время увидел КАМАЗ, который лихо шел порожняком опять же от Урзайбаша.

КАМАЗ подъехал ко мне и остановился. За рулем сидел молодой парень с усами.

- Здравствуйте, можно с вами до Тольятти? - спросил я, а самому стало интересно что он ответит, но парень беспристрастно кивнул и я сел в кабину. Оказалось что он едет до Курумоча и так, за разговорами через полтора часа мы уже выезжали на самарско-тольяттинскую дорогу. Еще через какое то время водила высадил меня на трассу и я проводил его взглядом в сторону аэропорта Курумоч.

Минут через десять застопил Жигули. Мужчина не старый, но уже и не молодой, как выяснилось по дороге, вел машину по доверенности своего зятя в Сызрань. По дороге он почему-то стал мне рассказывать как воевал, был сыном полка и закончил войну в Праге. Я слушал его вполуха, созерцая пейзажи Жигулевских гор. По дороге я заметил как по всей трассе на каждом километре стоит милиционер. Спросил водителя, на что он ответил, что в этот день должен был прилететь на отдых Ельцин. Также я заметил два вертолета, баражировавших в воздухе. Мы проехали Тольятти, плотину, Жигулевск и вскоре уже подъезжали к Сызрани. Наконец, водитель затормозил и остановился на обочине. Я спросил, глядя в сторону Сызрани:

- А далеко отсюда до железнодорожного вокзала?

- Нет, вот по этой дороге все время прямо и придешь, а там спросишь.

Я вышел из машины и стал за перекрестком Ульяновск - Тольятти - Сызрань - Пенза, а водила повернул налево и уехал.

Я простоял под Сызранью полтора часа. Сумерки уже кончились и на город надвигалась ночь. Все попытки стопа не увенчались успехом и я, надев рюкзак, пошел в город.

Шел я ровно час, пока, наконец, не вышел к вокзалу. Для этого надо было перейти мост через пути и я по лестнице спустился на привокзальную площадь. Зайдя в новое здание вокзала, я сразу же посмотрел на расписание. Оказалось, что все собаки Жигулевск - Пенза уже ушли и ничего не оставалось делать, кроме очередной вокзальной ночевки. Часа через полтора подъехал ПДС Акмола - Москва и я попытался предпринять автостоп второго рода у бригадира проводников, помня мнение мудрого Кротова о том, что поезда ближнего зарубежья не проверяются на российской территории контролерами. Но мне опять не повезло. Поезд подъехал на четвертый путь, а первые три были забиты товарными. Пока я шел через мост, поезд уже тронулся (поезд стоит на Сызрани 2 минуты). Спокойной ночи, Бирюк, дай Бог, завтра то уж точно буду дома. Я вернулся в терминал и, сев на кресло, задремал, переключив мозг на режим stand by.

День четвертый - 18 июля.

Сызрань - Пенза.

 Солнце только начинало подниматься на востоке, а я уже стоял на шоссе, пытаясь поймать первую волну. Простоял часа полтора. Заколдованное место. Наконец, со стороны Сызрани поворачивает Запорожец без переднего правого сидения. Я сел на заднее и мы поехали.
-Ты извини, но я не до Пензы, - сказал мне водитель, - я доеду до придорожного рынка, Там надо кое-какие запчасти посмотреть. - Там место хорошее. Дальнобойщики ночуют, палатки всякие, заправка, пост ГАИ. Наверное, сразу уедешь. - Дальше он начал сетовать на, почившее в Бозе, шоферское братство. Мы проехали километров десять и расстались. Я чуть прошел вперед. Место, действительно, было хорошее, но и здесь никто не брал. Я высматривал машины с номерами центрального региона. Были и питерские, и московские, и еще много других. Никто. Наконец, я сменил позицию, уйдя еще дальше, к посту ГАИ. На посту стояла стела, на которой была водружена разбитая вусмерть машина, как напоминание лихачам. Тут я заметил Жигули - пикап лимонного цвета, шофер которой вышел по нужде. Пока он осуществлял нужду, я его разговорил и он согласился подвезти меня почти до Кузнецка. Мы проехали через три области - Самарскую, Ульяновскую и въехали в Пензенскую. Наконец, он высадил меня на каком-то символическом посту ГАИ, больше напоминавшем строительный вагончик. До Кузнецка оставалось 14 километров, но через километр мой водила ушел направо, а я стал стопить снова.

Провисел я часа три, удивляясь почему меня никто не берет. И тут я увидел на столбе в двух шагах от меня круглый дорожный знак. Он висел рубашкой ко мне очень низко от земли и поэтому еще в машине, и даже высадившись, я его не заметил. Я прошел к знаку и .... Ну, естественно ! Какой же дурак остановит рядом с милицией в зоне действия знака ⌠Остановка запрещена■ ? Досадный промах - потерять три часа по такой дурости. Да, только разбив лоб, можно понять, что это больно. Я встал перед знаком и буквально через минут пять показались два новеньких КАМАЗа. Первый промчался мимо, а второй остановился, Я сел в кабину. Оказалось, что тремя машинами (два новеньких КАМАЗа и УАЗ ) ребята перегоняют их из Удмуртии через Ульяновск на Тулу. Я чуть не умер от счастья, ибо знал, что на Тулу можно было повернуть от Рязани, значит, я доеду до старого знакомого Михайловского поста ГАИ, а там... считай уже дома. 188 километров.

Мы проехали еще немного, пока ребята не вырулили на АЗС. Экипаж собрался в полном составе и, пока я сидел в кабине, они о чем-то совещались. Наконец, заводя двигатель мой водила Михаил сообщил мне, что до Рязани они не доедут и после Пензы поедут на Тамбов, где у одного из шоферов жили родственники. Там они и собирались переночевать. Он согласился высадить меня на том месте, где мы встретились с Алексеем Морозом.

Мы миновали Кузнецк, Чаадаевку, Городище и расстались у поста ГАИ. Только потом я сообразил, что совершил ошибку. Надо было ехать до ⌠Петушка■. На посту ГАИ меня взяла молодая пара на сорок первом Москвиче и довезла до ⌠Петушка■, а они поехали направо, на Саранск.

Я походил по рынку, купил наклейку CAMEL и прилепил ее на рюкзак. Потом попил Коку и опять вышел на шоссе. Стоял долго. Пока наконец меня не подобрал какой-то альтруист, который провез меня до выезда из Пензы еще на 10 километров. Я вышел из машины и, преодолев спуск, встал на подъеме на выезде из Пензы. Остановились двое молодых ребят. Я подошел:

- Здравствуйте, можно с вами на Рязань?

- Сколько даешь? - улыбнулся один из них, показав мне свою очаровательную диастему.

- Да я за так.

- Мы вообще-то калымщики....

- А я вообще-то автостопщик, и у нас свои правила.

Ребята уехали. Подошла какая-то женщина и стала недалеко от меня. Из тюленей, - подумал я, но именно рядом с ней и остановилась Тойота. Это была моя первая иномарка за оба роминга.

Пенза - Рязань.

Отец и дочь ехали до Нижнего Ломова и, взяв еще двух пассажиров, тронулась еще ближе к Москве. В салоне разразилась бурная дискуссия, где все пассажиры смешали в одну кучу автостоп, жидо-масонство и антисемитизм. Водитель оказался учителем физкультуры, моим коллегой. Когда я остался в салоне один, мы разговорились на педагогические темы и нашли много соприкосновений.

Водитель высадил меня в Нижнем Ломове на заправке рядом с нефункционирующим постом ГАИ. Надвигались сумерки и я уже начал подыскивать глазами место для ночлега, но рука сама стопила. Вдруг сзади я услышал женский голос: - Да вас здесь никто не посадит. Они все дальше останавливаются. Видите торговую точку?

Я поблагодарил женщину и переменил позицию. Но не успел я поднять руку, затормозил ЗИЛ. Я успел рассмотреть только московские номера. Пулей бросился к нему. Причем, затормозил он довольно поздно и встал на обочине. С другой стороны к нему подбежали два пацана, торговавших аудиокассетами для дальнобойщиков. Я подошел к правой двери и открыл кабину: - Извините, это вы мне остановили? -. Молодой парнишка - шофер торговался с пацанами. Я подождал пока они разберутся, держа дверь открытой, но стоя еще на земле. Наконец, шофер повернулся ко мне и спросил: - Что стоишь? Садись давай.

Я сел в машину уже понимая, что мое путешествие кончилось. Если ничего не случиться, завтра утром буду в Москве.

- Куда едем? - спросил водила. Я посмотрел прямо перед собой и устало ответил:

- Домой.

- Вопросов нет. - Взревел мотор и под грохот автомагнитолы мы тронулись на Рязань.

Было уже около одиннадцати вечера, когда мы остановились в Умёте поужинать.

После Умёта позади остался Шацк, Шилово и во втором часу ночи подъезжали к Рязани. Так мы и рубили с Аркадием всю ночь. Шестьсот с половиной километров, остановившись только за Луховицами, чтобы часик подремать. Шоферы все ж таки не киборги.

Лишь оставаясь в пути,
есть надежда войти в рассвет...
А. Макаревич.

День пятый - 19 июля.
 

Плотный туман поднимался над землей. Значит день будет вёдренным. Машина въезжала в Московскую область и, миновав Коломну, мы вышли на Бронницкий участок. Я думал, что он высадит меня возле деревни Островцы, но оказалось, что транзитный проезд грузового транспорта через Бронницы закрыт. Аркадий повернул на вторую окружную и мы, проехав километров двадцать, свернули на Домодедово и вышли на трассу домодедовского аэропорта. Еще через час мы уже ехали по МКАД. Часы показывали шесть часов утра. Аркадий оставил меня на шоссе, а сам уехал на шоссе Энтузиастов, к Горьковской трассе, где у них была база . Я встал на обочине Рязанского шоссе и поднял руку. Тут я заметил, как из третьего ряда ко мне маневрирует Жигули. За рулем сидел младший брат моего знакомого, который учился со мной в параллельном классе. Мы без проблем доехали до Жуковского. Второй роминг окончен. ДОМА ! С пустым карманом, но с массой впечатлений.

 Итоги и выводы.

Я бы мог подвести итоги, но это было бы навязыванием своего мнения, а выводы пусть делает читатель.

Песня ⌠Горизонт■ В.С. Высоцкого помогала мне в минуты усталости

Спасибо всем, кто подвозил, советовал, подкармливал и консультировал.

Спасибо вам, добрый критик и любезный читатель. До встречи в следующем году. Всегда Ваш, БИРЮК.

  На главную страницу           В начало этой страницы